- alle zwei WochenErscheinungsrhythmus
- 1 h 44typische Länge
- gesternletzte Folge
Folgenzu den neuesten
Семьдесят восьмая история: про черную смородину
О черной смородине, символе уютного дачного счастья, незабываемом вкусе творога со свежесваренным бабушкиным вареньем из далекого детства. И о неожиданно непростой и полной ярких событий судьбе этой немудрящей ягоды во Франции, Англии и Аме
Семьдесят седьмая история: про сгущенку (продолжение)
Продолжение истории о сгущенке, и ее героях: француз, первым ее придумавший, получил от Наполеона титул «благодетеля человечества», а американец сделавший ее доступной и любимой, навсегда остался в памяти как «молочный отец нации». И о прог
Семьдесят шестая история: про сгущенку (начало)
О сгущенке, которая начала свою историю благодаря вечному стремлению людей сохранить то, чего сегодня в избытке, но завтра будет не хватать, а превратилась в мировой символ любви к маленьким гастрономическим капризам, желания получить за ст
Семьдесят пятая история: про кулебяку
О кулебяке, не просто пироге, а сложнейшем и богатейшем из технологических изобретений русской традиционной кухни, которое удивило и покорило весь мир. И о том, как эта кулебяка стала для русской классической литературы символом не только и
Семьдесят четвертая история: про умами
Об умами, таинственном пятом вкусе и удивительном усилителе всех прочих вкусов, доступных человеку. И о том, как люди тысячелетиями искали волшебный эликсир, который помог бы им наполнить свою жизнь яркими и впечатляющими удовольствиями за
Семьдесят третья история: про бублик
О бублике, в основе которого лежит остроумное технологическое открытие, сделанное в древнюю эпоху одновременно многими народами в разных концах света. И об одном из самых веселых гастрономических развлечений в истории человечества, которое
Семьдесят вторая история: про чипсы
О чипсах, простецкой закуске, которая на самом деле родилась два века назад в фантазиях одного лондонского пижона, а настоящего успеха добилась, благодаря самоуверенной выходке строптивого повара в гламурном заведении «позолоченного века».
Семьдесят первая история: опять про финики (продолжение)
О великом разнообразии фиников, которые кажутся нам такими бесхитростными и обыкновенными. И о том, как финики победили безжизненную пустыню, воскресли из мертвых камней спустя две тысячи лет и устояли под натиском мировой эпидемии, дважды
Семидесятая история: про финики (начало)
О финиках, волшебном плоде королевы пустыни – пальмы, сопровождавшей человека тысячелетиями и служившей символом праведности, добродетели и победы человека над превратностями судьбы. И о том, как сладость финика сделалась благословением тре
Шестьдесят девятая история: про сливочное масло
О сливочном масле, которое способно стать утонченным деликатесом и драгоценным украшением самого изысканного стола, хотя кажется, природа не изобрела ничего проще: нужно только немного молока и кое-какое терпение. И о том, как масло веками
Шестьдесят восьмая история: про карпа
О жареном карпе, который царствует на рождественском и новогоднем столе в доброй половине европейских стран, о таинственном «рыбном культе», пришедшем к нам от первых христиан. И о том, как карп стал сначала первым живым существом, приручен
Шестьдесят седьмая история: про пряники
О наследнике древнего «медового хлеба», который стал символом зимних праздников по всему свету. О средневековых отшельниках-чудотворцах, о блистательных дамах французского света, о немецких купцах и русских ремесленниках, которые составили
Шестьдесят шестая история: про Антонена Карема
О «поваре королей и короле поваров» - Мари-Антуане Кареме, который поднял профессию повара на уровень высокого искусства, сделал Францию великой гастрономической державой и первым научился готовить не только вкусно, но и полезно. О том, про
Шестьдесят пятая история: про шарлотку
О самом простом на свете пироге, чей рецепт, однажды выучив, невозможно забыть, и о многовековой эпопее его изобретения, которая уводит нас к историям о забытых лакомствах древних англов, о блистательных классиках поварского искусства напол
Шестьдесят четвертая история: про Эфиопскую кухню
О поразительной эфиопской гастрономической цивилизации, и о ее совершенно особенных культурах, традициях, умениях и обычаях. Ни на что не похожий хлеб из древнейшего на Земле злака, уникальная смесь острых пряностей, странные на вид, но нез
Шестьдесят третья история: про Эфиопию
О легендарном Соломоновом царстве, таинственной Абиссинии, а теперь Эфиопии – родине совершенно особенной гастрономической цивилизации, отдельной от всего остального мира и ни на что больше не похожей. И о том, как она раскрыла миру загадку
Шестьдесят вторая история: про карбонару
О тысячелетней истории происхождения и эволюции грандиозной культуры итальянской пасты, которую мы по наивности все ещё зовём макаронами. И о том, как солдаты Второй Мировой нечаянно сделали старинную выдумку голодных угольщиков-карбонариев
Шестьдесят первая история: про банан
О сокровище черной Африки, таинственном фрукте «гинео», который сначала сделался любимой пищей карибских пиратов, а потом стал основой громадной империи бананоторговцев, безжалостных интриганов, гениальных обманщиков и повелителей «банановы
Шестидесятая история: про «сувид»
Выпуск подготовлен в сотрудничестве с компанией Холодильник.Ру 1000 рублей на покупку от 20 000 руб. в Holodilnik.ru: https://clck.ru/XEtnN Промокод СУТЬЕДЫ Действует до 30 ноября 2021 года *** О потрясающей технике «сувид»: способе пригото
Пятьдесят девятая история: про шашлык
О том, как древний человек совершил великое гастрономическое открытие: тушу добытого на охоте животного лучше жарить все же не целиком, а разрезав на маленькие кусочки и нанизав на палочки. И о том, как искусству жарки шашлыка учит нас гоме
Пятьдесят восьмая история: про салат «Цезарь»
О могущественном «Цезаре» — который не имел никакого отношения к римскому императору и полководцу, но все равно завоевал мир. Он родился в угаре безумных вечеринок эпохи «сухого закона», распространился по Европе стараниями несостоявшейся б
Пятьдесят седьмая история: про великие арбузные державы
О судьбе «царя земных плодов» на трех континентах. Как японцы на холодном Хоккайдо научились выращивать самые красивые и самые дорогие в мире арбузы. Как американцы возвратили их забвения самый сладкий арбуз на свете. И откуда в России взял
Пятьдесят шестая история: про арбуз
О том, как «божьей милостью царь земных плодов» вырос из маленького, горького и бледного уродца, спасавшего от жажды обитателей африканских пустынь, за пять тысяч лет он прожил удивительную жизнь, становясь все ярче и слаще. И о том, как вы
Пятьдесят пятая история: про настоящую селедку
О том, как самая простая и по-настоящему народная пища бедняков, которая бывает и изысканно нежной, и отвратительно грубой, в буквальном смысле прокормила средневековую Европу. И о том, как два гастрономических супер-товара – селедка и соль
Пятьдесят четвертая история: про баклажан
О том, как странное «сумасшедшее яблоко», к которому античные мудрецы относились с большим недоверием, победило свою дурную репутацию. Как баклажан явился к нам вовсе не оттуда, откуда его ближайшие родственники – помидоры, перцы и картошка
Пятьдесят третья история: про мороженое русское и советское
О том, как швейцарцы научили русскую публику любить мороженое, когда эскимосский пирожок пробрался на улицы Ленинграда, кому доставалось мороженое во время войны, почему советский пломбир не холодно было есть на морозе, при чем тут Большой
Пятьдесят вторая история: про мировую судьбу мороженого
О том, как люди укротили стихию холода и научились производить сколько угодного мороженого при любой погоде зимой и летом. И о том, как мороженое получило тысячи вкусов, ароматов и цветов, залезло в вафельный рожок, прикинулось эскимосским
Пятьдесят первая история: про рождение мороженого
О том, как за тысячу лет до изобретения холодильников жители раскалённой арабской пустыни научились делать мороженое. И как любовь к холодным удовольствиям объединила американских президентов и лондонских угольщиков, и заставила людей возит
Пятидесятая история: про кинзу
О душистом кориандре, которого человечество теперь съедает больше, чем любой другой пряной зелени на свете, опознавая на всех континентах под разными именами и прозвищами. И о том, как серьезная наука объясняет природу нашей любви к острым
Сорок девятая история: про пиццу
О том, как итальянская пицца родилась заново в Нью-Йорке, чтобы стать по-настоящему мировым явлением, и оттуда завоевать все континенты. И об удивительных перевоплощениях нью-йоркской пиццы в Чикаго, Детройте и Бруклине, где действительно у
